Ван Гог: биография легенды

Какие самые известные художники приходят на ум, стоит сказать слово “живопись”? Конечно, Пабло Пикассо, Винсент Ван Гог и Леонардо да Винчи. Сегодня мы хотим рассказать вам именно о Ван Гоге, абстракционисте и модернисте, жившего в ХХ веке. С этим именем связано много слухов и легенд, а картины художника настолько любимы во всем мире, что у даже у кого-то из ваших знакомых обязательно найдется открытка или копия его знаменитых картин. Однако. образ, о котором мы слышали — не более, чем хороший ход для того, чтобы получить известность. Так что скрывается под маской сумасшедшего художника?

Легенда гласит, что Ван Гог не занимался художественным искусством в детстве, а начал постигать его азы в среднем возрасте — и это действительно так. Талантливому живописцу хватило десяти лет, чтобы достичь вершин, к которым другие художники идут годами. Однако, биография художника была достаточно скупой на какие-то ошеломляющие события: всю жизнь он упорно работал, и не выделялся совершенно ничем. Только перед смертью с его психикой начали происходить странные вещи, выливающиеся в припадки, которые стали причиной попытки покончить жизнь самоубийством. Но даже эти, казалось бы, удручающие факты, которые не стоило предавать огласке, впоследствии стали хорошим способом “продать” картины художника массам за большую стоимость, и сделать его имя легендарным.

Легенду, будоражащую умы до сих пор, создал Юлиус Майер-Грефе, быстро “раскусивший”, как на таланте Ван Гога можно сделать состояние, добавив в его биографию “перчинки” для повышения интереса. Приобретением искусствоведа стало полотно “Влюбленная пара”, с которого и началась знаменитая рекламная компания. Для того, чтобы ее осуществить, Майер-Грефе ненадолго стал настоящим писателем, и издал труд о жизни художника, с которым лично никогда не встречался. Биография распространилась в Германии, где никто не знал о Ван Гоге совсем ничего, поэтому, ничего не мешало автору домысливать и фантазировать как ему угодно.

Биография получила интригующее название “Роман о Богоискателе”, и вышла в 1921 году — это была третья редакция знаменитой легенды. Безумец, отрезавший себе ухо, в момент стал гением, и слава прокатилась по всему миру, сделав из одинокого человека сумасшедшего творца.

Каким был прототип?

“Настоящий” Винсент Ван Гог имеет мало сходства с тем, которого создал автор биографии. Парень по кличке Спиноза, которым и был талантливый художник, получил достойное образование в гимназии, знал 3 языка, и мог свободно на них говорить и писать, а также отдавал очень много времени чтению (за что и получил свое забавное прозвище). У него была большая семья, на поддержку которой Ван Гог всегда мог рассчитывать даже при условии, что не все его поступки одобрялись. Он был достаточно прагматичен, и вырос в “обстановке искусства” — дед Ван Гога работал переплетчиком книг почти всю жизнь, а три дяди торговали предметами искусства с большим успехом.

В легенде есть эпизод, где художник “отправляется в народ” — он действительно основан на реальных событиях. В районе Боринаж, что находится в Бельгии, 1879 полгода Ван Гог провел в качестве проповедника. Фантазия Майер-Грефе объясняла это по-разному, но с присущим ей пафосом: то живописец хотел окунуться с мир нищих и угнетенных, то хотел сбежать от среды, в которой обитает. На самом деле, такое решение объяснялось достаточно просто: благодаря полугодовой “практике” в глубинке, Ван Гог получил сан быстрее, чем за 5 лет обучения в семинарии. У него не было нужды в духовном сближении с ними, хоть он и был не против помочь, чем мог — но отделяться от класса, в котором Ван Гог жил, он точно не собирался. Выполнив миссионерскую работу, он планировал обучение в евангельской школе, которая, внезапно, изменила свои правила, и перестала быть бесплатной. Так и начался путь художника, не ставшего религиозным деятелем — он отказался от этой идеи из-за платного образования.

Мало кто знает, что, как и его дяди, Ван Гог успешно развивал торговлю предметами искусства в компании “Гупиль”. Для того, чтобы “сколотить” успешную карьеру торговца антиквариатом и прочими предметами, относящимися к культуре ушедших эпох и современности, художнику потребовалось 7 лет, и помощь своего дяди-тезки, в честь которого он был назван.

Тяга к знаниям не прошла для него даром — он был мастером в вопросах, связанных с живописью разных стран и направлений, что и помогло ему в будущем. Но обо всем по порядку.

Ван Гог начал изучать живопись в двадцать семь, и это не было каким-то чудом или ознаменованием свыше: его знания и подкованность в “картинных” вопросах и искусстве в целом и объясняли талант. Конечно, без усердия и усидчивости тут не обошлось, но дилетантом, как его представил автор биографии, мужчина не был. В художественном образовании Ван Гога участвовал Антон Мауве, профессиональный художник, а также дяди присылали ему многие учебники, по которым он занимался самостоятельно. Он даже успел три месяца проучиться в Академии художеств, но закончить так и не смог — волею судьбы, Ван Гога ждал Париж.

Переезд был не случаен: в столице Франции жил младший брат художника, Теодор, который сыграл огромную роль в жизни живописца. Стремление Ван Гога к “крестьянской живописи”, основанной на опыте, полученном в шахтерском городке, было опровергнуто на корню: такой жанр живописи уже “приелся”, и нужно было что-то новое, которое сможет заинтересовать разборчивую публику. Ей нужен был импрессионизм: светлый, радостный, контрастирующий с не радостными изображениями, отображающими тяжелый быт. И вскоре, праздник на полотнах действительно был оценен по достоинству.

Провидец для Ван Гога

Фернан Кормон — художник, основавший свою студию в Париже, бравший “под свое крыло” живописцев, которые были готовы к экспериментам. Именно сюда и поступил Ван Гог по приезду в Париж, послушав совет младшего брата. Все новые идеи, раскатившиеся по Парижу с огромной скоростью, художник запоминал и переносил на свои полотна.

Теодор познакомил его с критиками и художниками, среди которых были Клод Моне и Эдгар Дега, уже завоевавшие признание и “свое место” в сфере искусства. Теодор был талантливым бизнесменом, и схватывал все налету — стоит ли говорить, как скоро он сообразил, к чему тяготеет и стремится искусство того времени? Он организовывал выставки импрессионистов у себя в “Гупиль”, и сделал много для того, чтобы этот жанр живописи начал пользоваться спросом и обрел популярность. Он же был отцом “квартирных выставок”, ставших популярными в ХХ веке, на которых показывалось то, что нельзя было выставить в “Гупиль”. И, конечно, основными полотнами, представленными там, были работы Винсента.

Конечно, как бизнесмен, Теодор тоже хотел получить с этого выгоду, поэтому между братьями был заключен договор. В обмен на надвигающуюся популярность и сборы с выставок, Теодор выплачивал Ван Гогу 220 франков ежемесячно, а также предоставлял лучшие инструменты и полотна для живописи. Именно из-за качества материалов для творчества картины Ван Гога так хорошо сохранились. Что касается заработка, 220 франков были не самым большим жалованием, которое можно было получать в те времена — врачи или юристы, например, получали в три раза больше.

В книге, покровителем для Ван Гога, представленного бедствующим, является почтальон. Но жалование почтальона составляло сумму, вдвое меньшую, чем получал Ван Гог, а семья Жозефа Рулена была достаточно большой: он обеспечивал жену и трех своих детей. Такая нестыковка фактов является попыткой автора приписать Ван Гогу бедность и нищенское положение в обществе, и вызвать жалость у читателей. На самом деле, Винсент мало в чем нуждался: лечение ему оплачивал брат, как и одежду, книги и все, что было нужно живописцу для жизни и творчества.

Все это было для того, чтобы создать свой рынок живописи, на котором братья смогли бы сколотить состояние, и приобрести вместе с ним известность и высокое положение в художественном обществе. Они хотели стать лидерами, пойдя на рискованный, но до мелочей продуманный шаг.

О непризнании Ван Гога

Такой расчет между братьями был уникальным явлением для того времени. Артдилер Теодор являлся одним из лидеров на рынке искусства, а его брат — художник, поставляющий на этот рынок то, что требует публика. Многие художники такое могли видеть только в своих мечтах, поэтому, душещипательные страницы о “непризнанности” Ван Гога — всего лишь хороший повод надавить на сострадание читателей. К тому же, рассказ о том, что художник запросто раздавал свои картины тем, кого считал близким по духу — тоже абсолютный вымысел. Он мечтал не только об известности, но и о состоянии, для которого усердно трудился, и такой “художественный альтруизм” был бы просто расточительством.

И письма, которые художник писал младшему брату, были не о поиске бога, а о поиске возможности заработать больше на том, что они делают. Он писал, что продажа картин во многом зависит от рекламы: нужно было сделать так, чтобы каждый хотел повесить полотна у себя дома. Безупречная формула успеха была подкреплена двумя парижскими выставками, проходившими в кафе, где он успешно смог продать несколько своих картин. В биографии этот эпизод был описан совершенно по-другому: он говорил об отчаянии Винсента, и что его живопись не выставляется ни на одной “официальной” выставке, потому что подвергается цензуре и критике.

Неправдивое положение Ван Гога, описанное в биографии, доказывает и тот факт, что его картины выставлялись в лучших галереях того времени: “Салон независимых” и “Свободный театр” с радостью предлагал всем любителям живописи окунуться в мир импрессионизма художника. Сюда стекались интеллектуалы Парижа, и посещать эти галереи было по-настоящему модно и престижно. Вся элита столицы стекалась на “квартирные выставки” Теодора, и для художника, стаж которого составлял всего лишь шесть лет, это считалось колоссальным успехом. Многие живописцы за десятилетия труда не могли позволить себе такой роскоши и добиться таких успехов.

Отшельником Ван Гога действительно не назовешь. Автор биографии сильно приукрасил его отделение от окружающего мира, и “заточение в себе”. Он вполне успешно влился в художественную среду своего времени, его изображали на своих полотнах Руссель и Бернар, популярные в то время — ни о какой изоляции и отшельничестве речи быть не может. В одном из сюжетов картин Писсарро Ван Гог ведет беседу с одним из самых влиятельных критиков того времени Фенелоном. Он не был стеснительным, и мог заявить о своих картинах и выставке кому угодно, даже первому встречному прохожему на парижских улочках. Разве так поступал бы отшельник, образ которого мы видим в биографии Майер-Грефе?

Автор постарался, чтобы у читателей сформировался четкий образ непризнанного отшельника, продавшего за всю жизнь всего-лишь одну картину — знаменитые “Красные виноградники в Арле”. На самом деле, это было первое полотно, проданное за сумму в 400 франков, после которого “ценник” на живопись Ван Гога значительно вырос. Его картины покупали не хуже, чем у признанных современников вроде Сера или Гогена. Документально зарегистрирован факт продажи четырнадцати полотен живописца, но это не конечное количество: о многих сделках бумажного подтверждения просто не сохранилось.

Еще немного о “непризнанности”: самые знаменитые критики в своих трудах выделяли Ван Гога среди талантливых авангардистов. Даже Эдгар Дега, отличавшийся скрупулезностью в выборе предметов искусства для своей коллекции, приобрел несколько картин Ван Гога.

О разуме без оков

Майер-Грефе позаботился о том, чтобы представить нам Ван Гога, и процесс его творческой деятельности “во всей красе”. Вот одна из цитат биографии: «Винсент писал картины в слепом, бессознательном упоении. Его темперамент выплескивался на холст. Деревья кричали, облака охотились друг за другом. Солнце зияло ослепительной дырой, ведущей в хаос».

За красивой формулировкой данного отрывка не скрывается и доли правды. Сам живописец говорил, что искусство создается волей и напряжением, а не одним только импульсом, и включает множество факторов.

В письмах Теодору, Винсент часто упоминал о материалах, технике, задачах. “Планирование” живописи являлось уникальным случаем, и дополнялось упорным трудом. Немудрено, что навык Ван Гога был настолько развит, что к концу жизни он мог написать картину, потратив на это около двух часов — в течение многих лет он работал в поте лица.

И сюжеты, написанные им, появлялись не случайно — они долго обдумывались, и реализовывались зачастую не с первого раза. Покинув Париж, и поселившись в городе Арла, живописец приступил к  создании серии работ (включавшей 30 экземпляров) под названием “Контраст”. Это слово отражало все: композицию, цвета, тематику полотен. Все картины задумывались, как украшение для убранства жилища среднего класса — такая продуманная стратегия, затрагивающая и творчество, и его реализацию. Гоген однажды назвал Ван Гога “единственным думающим художником”, что было действительно правдивым утверждением.

Вся легенда о безумии художника, и о том, что только импульсы психоза помогали ему создавать настоящие шедевры очень сильно преувеличены. Психика художника претерпела изменения лишь за полтора года до его смерти, но никак не с юных лет, как повествует нам Мейер-Грефе. И вспышек гениальности, за которыми стояло что-то из глубины души — просто отличный “маркетинговый ход”. На самом деле, художник лечился в клинике от депрессии, сопровождающейся припадками, похожими на эпилепсию. Врачи пытались объяснить их природу, и решили, что во всем виноват абсент — популярный алкогольный напиток того времени, пагубно влияющий на нервную систему человека. Стоит отметить тот факт, что во время припадков и депрессивного состояния Ван Гог не мог работать над картинами, так что положительное влияние психического расстройства на живописца — абсолютный вымысел.

Кто не слышал о том, что Ван Гог отрезал себе ухо? А кто задумывался, правда это, или нет? Для всех любознательных сообщаем: если бы художник отрезал себе ухо “под корень”, он истек бы кровью и умер. Помощь, которую ему оказали через 10 часов, не спасла бы ему жизнь.

Согласно заключениям врачей того времени, Ван Гогу не доставало всего лишь мочки уха — и об этом тоже ходит небольшая легенда. Говорят, что он поссорился с Гогеном, который полоснул ножом художнику по уху, а затем придумал историю про самоистязание, чтобы не потерять лица в обществе.

Самой безумной картиной художника считается “Комната в Арле”. Но обстановка дома действительна похожа на ту, что отображена на полотне — скошенные стены и потолок создавали собой такое пространство. А красивый миф о том, что художник работал при полной луне, прикрепив к своей шляпе свечи, и вовсе абсурден.

“Научный труд” Мейера-Грефе не больше, чем хорошее фентези, смешанное с подлинными фактами. Отсюда читателю так тяжело понять, что является правдой, а что воображением автора. Факто того, например, что Ваг Гог любил работать вне помещения правдив — но не из-за поражений психики, а из-за запаха скипидара, которым разводили масляные краски — художник его на дух не переносил. После прочтения подлинных фактов о Ван Гоге, в голове никак не укладывается теория, что он мог сойти с ума, утверждать, что влюбился в солнце, и запрещать себе покрывать шляпой голову на солнцепеке (шляп у него было предостаточно, их ему поставлял младший брат Теодор, как и одежду).

О конце жизни

Ван Гог покончил жизнь самоубийством, выстрелив в себя после очередного лечения в психиатрической клинике, которое, казалось, привело к положительному результату. Хотя бы то, что ему доверили револьвер, объясняет адекватное поведение живописца — безумцу оружие вряд ли бы дали. Поводом для самоубийства, как сейчас считают ученые, было вовсе не безумство и не припадок на его фоне, а женитьба Теодора — Винсент переживал, что теперь брат будет уделять все внимание семье, и их план по “завоеванию” художественного мира провалится.

Умер живописец не сразу, а только по прошествию двух дней с момента выстрела. Он на удивление стойко и спокойно переносил муки от ранения, и умер на руках у Теодора, который не смог пережить утраты, и скончался через полгода. Картины “Гупиль” были распроданы, а полотна Ван Гога отправились в Голландию — так распорядилась вдова Теодора.

И в заключении

Сколько бы мифов и легенд не ходило вокруг Винсента Ван Гога, ученые и историки узнают и придают огласке все больше правдивых фактов, оставляя фантазии Мейера-Грефе и ему подобных на их совести. Но не смотря на это, о безумстве Ван Гога все еще говорят, снимают фильмы и пишут псевдобиографии. Так уж устроен человек — красивый вымысел для него, порой, важнее, чем история о настоящем труде, предприимчивости и светлом уме, опередившем свою эпоху на много лет вперед.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Login